81590038     

Тюрин Александр - Волшебная Лампа Генсека Или Последнее Чудо-Оружие Cтраны Cоветов



Александр Тюрин
посвящается Шахерезаде
ВОЛШЕБНАЯ ЛАМПА ГЕНСЕКА,
или
ПОСЛЕДНЕЕ ЧУДО-ОРУЖИЕ СТРАНЫ СОВЕТОВ
(лубянская былина)
ВМЕСТО ПРОЛОГА (южный Ирак, 30 марта 1983 г.)
Глаз напрягся до боли, будто ему предстояло выстрелить. Я
успокаивающе погладил его веками. Дожимать спусковой крючок еще
рановато. Пуля должна разодрать воздух, когда будет видна не
прорезь прицела, не мушка, а только точка между бровей "мишени".
Только она одна, и чтоб вокруг туман. Эх, встретиться бы с
Серегой на час пораньше, да имейся у меня диоптрический
прицел. Но сейчас диоптрический бы только помешал -- уже
смеркается и "мишени" не хватает яркости.
Позавчера еще Серый перекидывался со мной в картишки и был
товарищем. Как бы был. В нашей организации все понарошку. А
теперь пустить пар из Серегиной башки -- это единственный способ
уцелеть. Сегодня. А завтра все может снова перевернуться.
Переводчик огня у моего АК-74 стоит на одиночной стрельбе. Один
патрон -- один труп с продырявленной черепной коробкой и
взболтанными мозгами. Эти оболочечные пули очень вредные для ума.
Старший лейтенант Колесников, не верти же ты башкой. Нет, точка
между бровей мне не нравится. Не хочу ее клевать. У самого в
этом месте зазудело -- как бы почесать? Увы, никогда мне не
стать полноценным убийцей-профессионалом. Соединю-ка взором
прицел и пуговицу на Серегином нагрудном, насердечном кармане.
Металлическая пуговка поблескивает в лучах стекающего под землю
солнца, а на ней пятиконечная звездочка. Некогда защищала она
трусливых колдунов от злых духов, стала двести лет назад
символом дяди Сэма, а затем, налившись кровью, манящей звездой
коммунизма. Свел пентакль нас с Колесниковым, пентакль и
разлучит.
Ну все, пора. Палец дожимает спусковой крючок. Вот пуля
просвистела и ага. Вернее, пока. Пока, Сережа, потому что
договорились мы по-плохому. До встречи в одном из подвалов
преисподней. Передавай там привет, кому положено. Наверное,
еще примут там тебя на работу по совместительству.
Кстати, не все так трагично. Мы перестали вместе служить общему
делу из-за какой-то нелепицы. Мы разминулись почти случайно.
Еще на прошлой неделе все смотрелось иначе. Мы тогда играли в
одной команде.
Часть 1. ПОРОГ
1. (Ленинград, 5 марта 1978 г.)
Около четырех вечера рабочая активность и прочие альфа-ритмы
моего мозга обычно затухают. Углубиться в книжку про
какую-нибудь принцесску или маркизку у нас проблематично -- ведь
не в КБ трудимся, а в КГБ. Поэтому отдыхаю на свой лад, оценки
по пятибалльной системе выставляю своим подружкам или проверяю
память, вызывая странички из какой-нибудь энциклопедии, а радио
меня убаюкивает: "... О передовой доярке Душенькиной говорят,
будто она коровий язык понимает. А все дело в ласковом отношении
к животному. Осторожно подмоет она вымя, подключит аппарат и
что-то напевает буренке ласковое. А та вроде бы слушает и молоко
отдает..." Но сегодня меня зазвал к себе полковник Сайко из
Первого Главного Управления. Конечно, через моего
непосредственного начальника в Пятерке майора Безуглова.
Насколько я мог выведать у майора, товарищ Сайко курировал
несколько "почтовых ящиков", которые выполняли какие-то
технические работы в интересах Комитета.
Полковник предстал дядькой предпенсионного возраста с весомыми
щеками, чьи краснота и размеры несколько превышали пределы
приличия. Кроме того, он, хотя и расправил погоны, как орел
крылья, даже не вышел из-за большого почти квадратного стола,
предпочтя сохранить дистанцию. О



Назад