81590038     

Угрюмов Владимир - Судьба Бригадира



Владимир Угрюмов
Судьба бригадира
Анонс
Молодой парень, Антоныч, выходит из тюрьмы, отсидев свой первый срок.
Остановившись в первом же крупном городе, он грабит таксиста и, приобретя таким
образом первоначальный капитал, начинает заниматься частным бизнесом. Позднее
сколачивает банду и "подминает" под себя весь город.
В "Судьбе бригадира" читатель познакомится с похождениями главного
героя, Антоныча, в Санкт-Петербурге и Москве.
Глава первая
У меня в кармане скомканной кучкой завалялось рублей тридцать. На такси
в пригород не хватит.
Скорый поезд, громыхая колесными парами на стыках, наконец-то привозит
меня в Питер. Ленинград - это мой родной город. Северный, прошитый ветрами и
сыростью, он манит к себе любого, кто имел неосторожность здесь родиться.
Построенный на болотах и человеческих костях, этот город изначально пропитан
мрачной мистикой.
К чему это я? Ах да! Денег у меня практически не осталось. Крым давно
позади, и хочу, чтобы он стал для меня прочитанной книгой, перевернутой
страницей. Красноярск уже кажется в прошлой жизни, но там остались друзья, и
они всегда готовы мне помочь. А зачем? Я никогда никого не прошу ни о чем,
потому что мне нравится одному все начинать с белого листа. Наверное, это
разновидность кайфа. Он заключается для меня в том, чтобы всего
добиться самому и бросить, а после все начать с начала. Люблю риск.
Риск подобен сексу - так же хочется, так же интересно и просто балдеешь, когда
у тебя все получается.
- Подъезжаем! Ленинград! - орет проводник в вагоне.
Я уже давно стою в тамбуре со своими нехитрыми пожитками, которые легко
уместились в небольшой спортивной сумке. За окнами глубокий вечер. Зима. Уже
проплыли огни Сортировочной, и мы катим по предместьям. Я слышал, что Ленинград
скоро переименуют, и будет как встарь - Санкт-Петербург. Это хорошо. Так и
должно быть. Почему-то питерцы всегда говорят о своем городе с нотками нежности
и грусти. Но уж точно не потому, что коммунисты считали этот город колыбелью
революции. Хрен им в грызло, ублюдкам недоношенным! Закопать столько своего
народа даже у Гитлера не получилось...
Сейчас на дворе эпоха перемен. Азиаты проклинают подобные исторические
коллизии, они этого боятся. Ну, а русским к такому не привыкать. Нас метелят -
мы крепчаем. Это наш принцип. Чем хуже мы живем, тем щедрее русская душа. Так
оно было раньше, так оно будет и впредь. Как объяснить необъяснимое?
Перрон Московского вокзала. Сколько долгих лет я мечтал выйти на него
из поезда и полной грудью вдохнуть сырой невский воздух. Выхожу в слякоть
зимне-весеннего перрона. Снега нет, но есть родная грязь и родные лужи. Шлепаю
по лужам. Изменилось ли что-нибудь здесь? Почти ни черта не изменилось.
Появились лишь самопальные ларьки кооператоров, торгующих разной подделкой - от
жевачки до сивушной водки, разлитой где-то в питерских подвалах из грязного
спирта. Стало больше бичей и мрачных, подозрительных типов, а вот ментов вроде
стало меньше. Кому охота теперь за смешные деньги получить нож или пулю вместо
зарплаты? Менты подались в кооператоры. По-нашему, по-русски, это звучит только
как ругательство: кооператор! Мать твою! Потому что многим не нравится. Если
раньше получали зарплату за то, что просто ходили на работу и делали вид, что
работают, то теперь надо суметь прожить, нужно реально зарабатывать себе на
хлеб. Вот и получается: одни люди учатся зарабатывать и выживать в новых
условиях, а другие сидят в дерьме и все хают.
На такси, чтобы доехать



Назад